Неточные совпадения
Обнаруживала ли ими болеющая душа скорбную тайну своей болезни, что не успел образоваться и окрепнуть начинавший в нем строиться высокий внутренний человек; что, не испытанный измлада в борьбе с неудачами, не достигнул он до высокого состоянья возвышаться и крепнуть от преград и препятствий; что, растопившись, подобно разогретому металлу, богатый запас великих ощущений не принял
последней закалки, и теперь, без упругости, бессильна его воля; что слишком для него рано умер необыкновенный наставник и нет теперь никого во всем свете, кто бы был в силах воздвигнуть и поднять шатаемые вечными колебаньями силы и лишенную упругости немощную волю, — кто бы крикнул живым, пробуждающим голосом, — крикнул душе пробуждающее слово: вперед! — которого жаждет повсюду, на всех ступенях стоящий, всех сословий,
званий и промыслов, русский человек?
На
последнюю зиму он приехать не мог, — и вот мы видим его в мае месяце 1859 года, уже совсем седого, пухленького и немного сгорбленного: он ждет сына, получившего, как некогда он сам,
звание кандидата.
Но все-таки, как ни блестящи были французы, русские парикмахеры Агапов и Андреев (
последний с 1880 года) занимали, как художники своего искусства, первые места. Андреев даже получил в Париже
звание профессора куафюры, ряд наград и почетных дипломов.
[Если судить по некоторым отрывочным данным, по намекам, то грамотные благополучнее отбывают наказание, чем неграмотные; по-видимому, среди
последних относительно больше рецидивистов, а первые легче получают крестьянские права; в Сиянцах записано мною 18 грамотных мужчин, и из них 13, то есть почти все взрослые грамотные, имеют крестьянское
звание.
Тут был подсудок Кроль, серьезный немец с рыжеватыми баками, по странной случайности женатый на русской поповне; был толстый городничий Дембский,
последний представитель этого
звания, так как вскоре должность «городничих» была упразднена; доктор Погоновский, добродушный человек с пробритым подбородком и длинными баками (тогда это было распространенное украшение докторских лиц), пан Богацкий, «секретарь опеки», получавший восемнадцать рублей в месяц и державший дом на широкую ногу…
Это был
последний на моей памяти представитель городнического
звания, так как эта должность вскоре была совершенно упразднена.
Александров еще в кадетской форме; ему еще довольно далеко до настоящего юнкера, но так лестно звучит это гордое
звание, что рука невольно тянется в карман за
последним, единственным гривенником.
Местом для ложи он избрал большую гостиную, потом предложил gnadige Frau и Антипу Ильичу принять
звание надзирателей, а
последнему, сверх того, поручил быть обрядоначальником.
Настасья Федоровна очень обрадовалась, так как помощник управляющего имел помещение в графском доме, куда она имела свободный вход по
званию домоправительницы, а следовательно, свидания с ним более частые, нежели теперь, являлись вполне обеспеченными и сопряженными с меньшим риском, да и она может зорче следить за своим любовником — она приметила его к ней холодность, и
последняя не только все более и более разжигала ее страсть, но и заронила в ее сердце муки ревности.
Последний сохранил лишь
звание управляющего, а уважение крестьян приобрел в силу своей близости к графу и доверия к нему со стороны
последнего, которое Петр Федорович добыл благодаря своей хитрости, сметливости и дальновидности.
Но едва только — сказано в журнале совета — «выслушана была с надлежащим благоговением, с горестными и умилительными сердцами,
последняя воля блаженной и вечно достойной памяти государя императора Александра Павловича, ознаменованная в копии с высочайшего манифеста, скрепленной собственноручно покойным государем императором», как граф Милорадович, который с должностью санкт-петербургского военного генерал-губернатора соединял и
звание члена государственного совета, объявил собранию: «Его императорское высочество великий князь Николай Павлович торжественно отрекся от права, предоставленного ему упомянутым манифестом, и первый уже присягнул на подданство его величеству государю императору Константину Павловичу».
— Mon cher! — воскликнул князь. — Звание-то литератора, повторяю еще раз, и заставляет вас быть осмотрительным;
звание литератора, милостивый государь, обязывает вас, чтоб вы ради будущей вашей славы, ради пользы, которую можете принести обществу, решительно оставались холостяком или женились на богатой:
последнее еще лучше.
И позабыл уже я сам про все мое прежнее бытие и
звание, и дослуживаю таким манером
последний год, как вдруг на самый на Иванов день были мы в погоне за татарами, а те напаскудили и ушли за реку Койсу.
И тут же почему-то представляется ему его
последняя статья «О пауперизме и пролетариате в смысле четвертого сословия», за которую благодарный редактор предлагает ему по тысяче с листа, а благодарная Европа дарит почетную премию, и разные ученые общества, клубы, ассоциации присылают ему дипломы на
звание почетного члена…
[Это
последнее письмо Пущина из Ялуторовска, где он пробыл в
звании ссыльнопоселенца 13 лет.
Кроме того, ему небезызвестно было, что церковная земля еще не была надлежащим образом отмежевана и что Иудушка не раз, проезжая мимо поповского луга, говаривал: «Ах, хорош лужок!» Поэтому в светское обращение батюшки примешивалась и немалая доля «страха иудейска», который выражался в том, что батюшка при свиданиях с Порфирием Владимирычем старался приводить себя в светлое и радостное настроение, хотя бы и не имел повода таковое ощущать, и когда
последний в разговоре позволял себе развивать некоторые ереси относительно путей провидения, предбудущей жизни и прочего, то, не одобряя их прямо, видел, однако, в них не кощунство или богохульство, но лишь свойственное дворянскому
званию дерзновение ума.
— Впрочем, сударыня, и во всяком
звании и приятности и неприятности бывают, — наконец высказался он, — но человек, по слабости своей, первыми восхищается, а
последние старается позабыть. Для чего позабыть? а именно для того, сударыня, дабы и сего
последнего напоминовения о долге и добродетельной жизни, по возможности, не иметь перед глазами.
Придворное
звание, которого так жаждали
последние, было для нее пустым звуком, значение которого она не могла понять.
Несмотря на этот прозрачный намек,
звание фельдмаршала, по проискам Потемкина, Суворову дано не было, и великолепный князь Тавриды не хотел даже пригласить увенчанного лаврами
последней войны героя на пир, данный им в его новом Таврическом дворце, по случаю побед, одержанных в эту войну над неверными.
Здесь проводил Александр Суворов большую часть своего времени один и с учителем.
Последний был из духовного
звания, человек умный и любознательный, учившийся вместе со своим феноменом-учеником, едва успевая догонять его в познаниях. Мальчика нельзя было иногда по целым дням силою оторвать от книги или от листа бумаги, на котором он собственно чертил планы сражений.
— Итак, вспомните, что вы помещик, — продолжал Фома, опять не слыхав восклицания дяди. — Не думайте, чтоб отдых и сладострастие были предназначением помещичьего
звания. Пагубная мысль! Не отдых, а забота, и забота перед Богом, царем и отечеством! Трудиться, трудиться обязан помещик, и трудиться, как
последний из крестьян его!
В
последнее время Андрей Карпович сильно задался мыслью выйти из духовного
звания и занять штатное место учителя в уездном училище. Мысль носить шпагу и треугольную шляпу приводила его в восхищение.
В одном углу с полдюжины студентов Педагогического института толковали о
последней лекции профессора словесных наук; в другом — учитель-француз рассуждал с дядькою немцем о трудностях их
звания; у окна стоял, оборотясь ко всем спиною, офицер в мундирном сюртуке с черным воротником.
Это было
последнее командное слово, которое я слышал в воинском
звании, но и оно было заглушено для всех нас массою детских голосов. Стоявшие в строю кадеты не удержались и дружным хором крикнули нам вслед...
За эту
последнюю очевидную несообразность Антон был бит и признан дурачком, а потом, как дурачок, стал пользоваться свободою мышления, составляющею привилегию этого выгодного у нас
звания, и заходил до невероятного.
Великий мастер предложил исполнить
последнюю обязанность, и важный сановник, который носил
звание собирателя милостыни, стал обходить братьев. Пьеру хотелось записать в лист милостыни все деньги, которые у него были, но он боялся этим выказать гордость, и записал столько же, сколько записывали другие.
Итак, не разделяя искусственно всех сливающихся точек конуса, — всех чинов армии, или
званий и положений какого бы то ни было управления, или общего дела, от низших до высших, мы видим закон, по которому люди для совершения совокупных действий слагаются всегда между собой в таком отношении, что чем непосредственнее они участвуют в совершении действия, тем менее они могут приказывать и тем их большее число; и чем меньше то прямое участие, которое они принимают в самом действии, тем они больше приказывают и тем число их меньше; пока не дойдем таким образом, восходя от низших слоев, до одного
последнего человека, принимающего наименьшее прямое участие в событии и более всех направляющего свою деятельность на приказывание.